Хвастунишка

6 775 подписчиков

Свежие комментарии

  • Вадим
    СпасибоХрамы России. Пет...
  • Алексей Андреевич
    нормально, улыбнулоСМЕХОТЕРАПИЯ. Вес...
  • Valery Pedan
    https://mirpristrasten.com/blog/43846821086/Zond-NASA-zapechatlel-na-Merkurii-gigantskiy-chernyiy-kvadrat?utm_referre...Смыслы «Черного к...

ЗНАКОМИМСЯ ИЛЬ ВСПОМИНАЕМ. Мария Шкапская. Ведьма, вакханка, волчица

https://poem4you.ru/images/classic/photos/206/1.jpg

Мари́я Миха́йловна Шка́пская (урожд. Андре́евская; 3 (15) октября 1891 — 7 сентября 1952) — русская поэтесса и журналистка.

Ее имя возникло совершенно неожиданно, когда я стала писать о Вере Павловой, считающей себя реинкарнацией этой поэтессы.

До этого ничего даже не слышала о ней, не говоря уже о том, чтобы читать стихи Марии Шкапской.

А между тем она - представительница Серебряного века, современница Ахматовой и Цветаевой: первая была старше Марии всего на два года, вторая – младше на год.

Но какой разной оказалась их судьба и судьба их творчества! Первые обласканы славой,  правда посмертной, как своеобразной компенсацией за поломанные личные судьбы.

Вторая не получила ничего не только за сломанную личную, но и поэтическую, жизнь.

https://www.beesona.ru/images/classic/206.jpg

Мария Михайловна Шкапская, трижды умершая - как поэт, как лишенная заслуженной славы и как человек – вновь открывается читателю, поражая своей главной темой – женской любви, зачатия и права плоти на естественную жизнь. Она явилась как Мадонна, распятая на Кресте.

Пришла с евангельско-библейской темой материнства, зачатия, плотской любви, заново зазвучавшей с такой же силой только в поэзии нашей современницы. Марина Цветаева плоть терпела, Мария Шкапская - ее обоживала, видя предназначение женщины не в служении Отчизне, а в служении жизни.

Имя Шкапской вышло из небытия усилиями, с одной стороны, любителей русской словесности, с другой - представителей феминистского движения. После пятидесятилетнего забвения в 1979 году в Лондоне появился малотиражный сборник, выпущенный Филипповым и Жиглевич.

https://ic.pics.livejournal.com/nmkravchenko/37854456/203801/203801_original.jpg

В России имя поэтессы из шестидесятилетнего забвения вытащил Евгений Евтушенко, опубликовав ее стихи в Антологии. Потом был сборник стихов тиражом в 150 экземпляров, появившийся в 1996 году благодаря дочери (узнавшей только после смерти матери, что она в начале двадцатых была известным поэтом) и известному филологу Михаилу Гаспарову.

В 2000 году был издан еще один сборник Марии Шкапской. Вот, пожалуй, и все на сегодняшний день. Между тем о. Павел Флоренский, посмотревший на стихи Марии своим особым взглядом, сразу понял, что это за стихи и что за поэт мог их написать.

Поэзия Марии Шкапской – библейский текст и записывала она свои стихи не привычными стихотворными строчками, а прозаической сплошной строкой, подражая Священному Писанию.

Как тут не вспомнить слова Веры Павловой, что стихотворение – это партитура, иероглиф, который надо разгадывать.

Мария Михайловна старалась максимально снять поэтическую форму, считая ее манерной, но оставляя внутренний ритм текста, как в Библии.

https://docplayer.ru/docs-images/68/58137539/images/4-0.jpg

Павел Флоренский сразу это понял и назвал ее по душе подлинно христианско-библейской поэтессой, поставив выше Цветаевой и Ахматовой по эмоциональной напряженности и строгой лаконичности.

Только из этой точки взгляда можно написать:

«Скудные, хилые, слабые, человеческие семена, хозяйка хорошая не дала бы нам для посева такого зерна. Но Ты из Недобрых Пастырей, Ты Неразумный Жнец. -- Всходы поднимутся частые -- терн, полынь и волчец»

Максим Горький восхищался ее самобытностью, тем, как она во весь голос заявила о значении женщины. Еще раньше Короленко напутствовал ее в большую литературу, а Николай Гумилев, Михаил Кузмин, Александр Блок и М.Лозинский в двадцатом дали добро на вступление Шкапской в Союз поэтов, хотя к тому времени не вышло ни одного ее печатного сборника.

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/4/40/The_Kiss_-_Gustav_Klimt_-_Google_Cultural_Institute.jpg

Густав Климт. Поцелуй

Период превращения Золушки в поэтическую Принцессу длился всего пять лет, но в каждый из них выходило по новому поэтическому сборнику, не считая переизданий. Всего восемь. Но случилась катастрофа: в декабре 1925 года покончил жизнь самоубийством ее близкий друг, который, как она писала, был отцом ее второго сына.

Тогда, сама оказавшись на грани самоубийства,  сказала: «Больше стихов я писать не буду». Жизнь пересилила поэтический дар. Она решила стать «полезной», уйдя в журналистику, в стройки пятилетки, в описание советских достижений, в писательскую рутину и мертвечину.

Ушла уже внутренне убитая и выпотрошенная, уставшая от жизни и боли, понимая, что в новой жизни ее поэзии места нет. Здесь могут выжить только фальшивые чувства. Но личная трагедия стала лишь поводом и спусковым крючком,  убившим поэта.

«Ах, ступеней было много, длинной была дорога. Шла, ступеней не считая, падая и вставая, шла бы без стона и вдоха, но так устала, но такая была голгофа, что силы не стало. Упала. Распялась крестом у порога моего сурового Бога. И спросила так больно «Господи, разве еще не довольно» И ответил печальный «Этой дороге дальней нет ни конца, ни краю. Я твои силы знаю. Я твои силы мерил. Я в твои силы поверил». Сжег мне сердце очами. И был поцелуй палящий. И лежала в бессилии. И у лежащей за плечами зареяли крылья».

https://whitecubediaries.files.wordpress.com/2015/05/mother-and-child-detail-from-the-three-ages-of-woman.jpg?w=800&h=920&crop=1

Густава Климт. Мать и дитя

В течение пяти поэтических лет, пока выходили один за другим ее сборники («Мать скорбящая», "Барабан строго господина", «Час вечерний», «Кровь-руда», "Явь", «Ца-Ца-Ца»), она терпела тяжесть и жестокость критики, обрушившейся на нее со скабрезной ухмылкой. Какими только эпитетами ее не награждали!

«Гинекологическая поэзия», «менструальная», «упадническая», «физиологическая». Ее называли «Василисой Розановой», сравнивая с известным русским философом, тоже пытавшимся осмыслить плоть и плотское влечение с точки зрения Вечности.

Так критики и общественное мнение реагировали на то, что Мария Шкапская посмела нарушить целомудренность и нетронутую девственность русской литературы, открыв женский мир зачатия и соития, вынашивания и рождения, материнства и плотской любви, в которых мужчина и женщина были подлинными со-авторами.

https://ru.artsviewer.com/images/M/modigliani/1917-29.jpg

Модильяни. Обнаженная на голубой подушке

«Боже мой, и присно, и ныне, В наши кровью полные дни, Чаще помни о Скорбном Сыне И каждую мать храни!»

*

«До срока к нам не протягивай тонких пальцев своих, Не рви зеленые ягоды, не тронь колосьев пустых, Ткани тугие, нестканные, с кросен в ночь не снимай — Детям, Тобою мне данным, вырасти дай».

*

«О, тяготы блаженной искушенье, соблазн неодолимый зваться «мать» и новой жизни новое биенье ежевечерне в теле ощущать... По улице идти как королева, гордясь своей двойной судьбой. И знать, что взыскано твое слепое чрево и быть ему владыкой и рабой, и твердо знать, что меч Господня гнева в ночи не встанет над тобой... И быть как зверь, как дикая волчица, не утоляемой в своей тоске лесной, когда придет пора отвоплотиться и стать опять отдельной и одной...»

https://ae01.alicdn.com/kf/HTB1HKYieFzqK1RjSZFoq6zfcXXad/TOP-ART-Abstract-Gustav-Klimt-Naked-girl-Female-Portrait-of-Danae-100-hand-painted-oil-painting.jpg

Густав Климт. Даная

Ее откровенность поражала и отталкивала современников. В первом сборнике «Mater Dolorosa» она выплеснула боль за нерожденного ребенка, захлебнувшегося в крови. Она сделала тогда аборт.

Аборт стал для нее символом России,  забеременевшей, но захлебнувшейся в разбое, убийствах и смертях. Революция закончилась выкидышем. Она переживала поражение революции как мать, как вечно рождающая земля, как женское бессознательное.

«Ах, дети, маленькие дети, как много вас могла б иметь я вот между этих сильных ног, --
осуществленного бессмертья почти единственный залог.
Когда б, ослеплена миражем минутных ценностей земных,
ценою преступленья даже не отреклась от прав своих».

Ей не простили этого откровения: «между ног». Ее не репрессировали, не ссылали в лагеря, ее просто замалчивали, оставив доживать свой век в безвоздушном пространстве...

Тина Гай

Источник

Продолжение следует

Картина дня

наверх